Я случайно вернулся. Ну а ваш не сумел…

Материал о легендарном вратаре "МЮ" Гарри Грегге, вышедший в журнале "Футбол" №14 за 2020-й год.

В истории многих клубов есть скорбные и трагические страницы, которые любой нормальный человек – не только болельщик! - предпочел бы вырвать из Книги судеб и времени; вырвать, чтобы их никогда не было. Увы, они уже намертво впечатаны в хроники и от них никуда не деться... Напротив, именно запечатленные на этих страницах ужасные события подчас становятся главными – важнее любого спортивного триумфа! - символами, а воспоминания о них – могучей объединяющей силой для миллионов. Общее горе, как ни цинично это прозвучит, сближает лучше радости и счастья.

Все причастные к «Манчестер Юнайтед» привычно делят всё на две эпохи – до и после; речь, конечно же, не о «собачьем» превращении «Ньютон Хит» в «МЮ», а о Мюнхенской авиакатастрофе и гибели «Малышей Басби». Голкипера клуба Гарри Грегга, несмотря на его протесты, принято было громко именовать «Героем Мюнхена». За что? Какие герои могли быть в той жути?!

Смерть выдающегося североирландского ветерана, пережившего восьмерых своих партнеров по ТОЙ команде на 62 года и несколько дней, стала печальным, но всё же поводом вспомнить, что случилось в той страшный зимний день на западногерманской земле, какую роль в событиях сыграл Гарри и за что 50 лет спустя серб по имени Зоран назвал его вторым отцом. В этом нам помогут «Гардиан», «Белфаст Таймс», дублинская «Индепенденс» и книга Джона Уайта «Ирландские дьяволы: официальная история ирландцев в «МЮ».

Падал снег…

На первые два выездные матча Кубка европейских чемпионов-1957/58 против соседского «Шемрок Роверс» и пражской «Дуклы» «Манчестер Юнайтед» летал рейсами регулярных авиалиний – с тем, чтобы игроки избежали усталости, неизбежно связанной с дальними автомобильными, железнодорожными и морскими вояжами. Однако возвращение из столицы Чехословакии Праги после игры против «Дуклы» 4 декабря 1957 года оказалось сопряжено с немалыми проблемами. Туман над Англией вынудил самолет, призванный доставить команду обратно в Манчестер, завернуть в Голландию и приземлиться в Амстердаме.

Менеджер Мэтт Басби волновался, что команда не сможет вернуться домой вовремя – к выездному матчу Первого дивизиона против «Бирмингем Сити» в субботу, 7 декабря, и столкнется с гневом Футбольной Ассоциации. К счастью, секретарю клуба Уолтеру Крикмеру удалось забронировать места на пароме, который и доставил манчестерскую делегацию из Хук-оф-Холланд в Гарвич. Усталость не позволила игрокам одержать на «Сент-Эдрюс» победу – 3:3.

В четвертьфинале КЕЧ «Юнайтед» выпало играть с чемпионом Югославии белградской «Црвеной Звездой». Руководство «МЮ» было намерено предпринять всё возможное во избежание повторения чехословацкого опыта. Клуб арендовал у компании «Британские европейские авиалинии» 47-местный самолет «Эйр Амбассадор»* (носивший собственное имя «Лорд Бёрли») для 3800-километрового перелета в Белград и обратно. Дорога туда прошла без проблем, всё было хорошо и со спортивной стороной противостояния. В столице Югославии «МЮ» сыграл 3:3 и вышел в полуфинал КЕЧ (первый матч принес победу англичанам 2:1**). На пути в Манчестер была запланирована посадка чартера для дозаправки в мюнхенском аэропорту Мюнхен-Рим (Munich-Riem). На дворе стояло 6 февраля 1958 года.

* - британский двухмоторный пассажирский самолет AirSpeed А S.57 Ambassador, славившийся высоким уровнем сервиса на борту – так называемым «елизаветинским классом». Эти самолеты зачастую так и называли – «Елизаветинцы». Эксплуатировала их в основном как раз упомянутая компания ВЕА. К моменту катастрофы «Лорда Бёрли» еще один лайнер такого класса и той же авиакомпании, «Фрэнсис Бэкон», был сильно поврежден и списан в результате вынужденной посадки в Дюссельдорфе в 55-м.

** - 5:4 по сумме двух матчей. Удивительно, но свой последний перед Мюнхеном матч чемпионата «МЮ» тоже выиграл со счетом 5:4. У «Арсенала». На его «Хайбёри», что, как известно, переводится «Высокая могила»…

Когда самолет приземлился в Мюнхене, погодные условия были крайне плохими – в частности, дул сильный ветер. Около 14:00 двухмоторный «Лорд Бёрли» был готов к взлету, и капитан Кеннет Рэймент, второй пилот, занял место за штурвалом. Первый пилот капитан Джеймс Тэйн вел самолет из Манчестера в Белград двумя днями ранее и передал управление коллеге Рэйменту на обратном пути.

Когда самолет разгонялся по взлетно-посадочной полосе, Тэйн заметил повышение давления наддува левого двигателя при включении на полную мощность и странный звук, издаваемый двигателями во время набора скорости. По его указанию после 40 секунд разгона Рэймент прекратил взлет.

Совершив еще одну неудачную попытку взлететь, игроки и другие пассажиры вернулись в зал ожидания, в то время как самолет подвергся осмотру наземной командой аэропорта. К этому времени пошел сильный снег. Многие сочли, что в этот день уже никто никуда не полетит, и юный Эдвардс даже успел послать домой телеграмму соответствующего содержания.

Однако Тэйн (к слову, оба пилота были опытнейшими летчиками, в прошлом военными; на счету у Рэймента семь воздушных побед во Вторую мировую) придерживался иного мнения и после консультации с инженерами решил все-таки лететь. План был таков: форсировать мощность двигателя только в конце ВПП – Тэйн полагал, что двухкилометровой длины полосы окажется достаточно для набора скорости.

После 15-минутного ожидания все вернулись на борт. Многие не без оснований опасались за свою судьбу – часть игроков (Эдвардс, Тэйлор, Коулмэн, Джонс и журналист Свифт) перешла в хвост самолета, сочтя, что так безопаснее. Они погибнут все, равно как и Лиам Уилан, пророчески произнесший «Можем грохнуться; ну и черт с ним, я готов!»

В 15.03 – именно на этой отметке навсегда застыли «мюнхенские» часы на «Олд Траффорде» - самолет в третий раз пошел на взлет. Во время разгона на скорости 85 узлов (примерно 150 км/ч) началось то же явление – рост давления в левом двигателе, и Тэйн приоткрыл его дроссельную заслонку, из-за чего скорость росла медленнее обычного, но тут же вернул ее в прежнее положение. После прохождения рубежа V1 (когда прекращение взлета уже грозит крушением) скорость внезапно стала падать и с 217 км/ч провалилась до 194 км/ч. Для взлета было необходимо 220, им не хватило самой малости... Позже выяснилось, что роковую роль сыграла именно слякоть, тающий снег – из-за нее и упала скорость лайнера*.

* - особенность данного типа самолета заключалась в том, что у него ведущим было переднее шасси. Самолет с ведущими задними шасси не пострадал бы. Главным последствием аварии стало то, что ввели допустимый уровень загрязнения полосы. Немцы, правда, мечтая снять с себя любую ответственность (а кто должен был чистить полосу?!), подали в суд на Тэйна – мол, тот взлетал на обледеневшем самолете. Однако обвинение разлетелось вдребезги, и к 1968 году бывший пилот (уволили его сразу после катастрофы) был полностью оправдан. Искренне ненавидимый большинством болельщиков «МЮ» Джеймс Тэйн закончил свои дни семь лет спустя на собственной птицеферме в Беркшире.

«Боже, мы не сумеем!» - успел выкрикнуть Рэймент. Так и не оторвавшись от земли, самолет миновал полосу, снес забор, проскочил через дорогу и левым крылом врезался в жилой дом. Обитатели дома, мать с тремя детьми, успели выскочить на улицу, когда всё загорелся. Глава семейства и еще один ребенок, по счастью, отсутствовали.

При ударе часть хвоста и крыла были мгновенно оторваны, кабина ударилась в дерево, а правая сторона фюзеляжа - в деревянный гараж, в которой находился грузовик, груженый горючим и покрышками. «Лорд Бёрли» загорелся.

23:21 в пользу смерти

Двадцать из 44 человек на борту погибли на месте, в то время как раненых - многие из них без сознания, включая серьезно пострадавшего Мэтта Басби - доставили в близлежащую больницу Рехтс-де-Изар.

У Басби были сломаны несколько ребер, проколото легкое, повреждены ноги. Медицинский персонал больницы сообщил журналистам: «Мы не слишком надеемся спасти мистера Басби».

У Бобби Чарльтона и Денниса Вайоллета были разбиты головы, у Рэя Вуда - порезано лицо и сотрясение мозга, у Альберта Скэнлона - перелом черепа, травмы Дункана Эдвардса были многочисленны и тяжки, Джонни Берри и Кен Морганс неподвижно лежали на койках.

Джеки Бланчфлауэр получил жуткие травмы: переломы таза и ребер, серьезное повреждение почек, ему фактически оторвало руку. Парня включили в состав белградской делегации лишь в последний момент – врач команды признал его выздоровление состоявшимся.

Фрэнк Свифт, легендарный голкипер «Манчестер Сити» по прозвищу «Добрый великан», переквалифицировавшийся в журналиста, скончался по дороге в больницу. Еще двое умерли непосредственно в больнице – 21-летний Дункан Эдвардс, который проиграл свою битву за жизнь через 15 дней после авиакатастрофы, и пилот Рэймент. В результате число жертв выросло до 23-х, восемь из которых были игроками «МЮ». Выжил 21 человек.

Малышами Басби, погибшими сразу, были: Джефф Бент (25 лет), Роджер Бирн, капитан «Манчестер Юнайтед» (29), Эдди Коулмэн (21), Марк Джонс (24), Дэвид Пегг (22), Томми Тейлор (26) и Лиам Уилан (22).

Уолтер Крикмер, секретарь клуба, тренер первой команды Том Карри и тренер Берт Уолли также простились с жизнью. Вместе с ними в мартиролог включены имена восьми из 11-ти журналистов на борту (Альф Кларк, Дон Дэвис, Джордж Фоллоуз, Том Джексон, Арчи Ледбрук, Эрик Томпсон, Генри Роуз и Фрэнк Свифт, знаменитый в прошлом голкипер «Ман Сити»), турагента Белы Миклоша, который организовал поездку (его жена Элеанор выжила), фаната «МЮ» Вилли Сатиноффа, лошадника и близкого друга Басби, и бортпроводника Тома Кэйбла.

24-летний атакующий полузащитник Джеки «Твигги» Бланчфлауэр, брат великого Дэнни, с которым вместе играл за сборную Северной Ирландии, из-за травм и пережитого потрясения не сумел вернуться на футбольное поле. Как и правый краек Джонни Берри, впрочем, в свои 31 уже начинавший уступать позицию Моргансу.

Центральный полузащитник Билли Фоукс, будущий герой 1968 года, рассказывал, что услышал удар и потерял сознание на несколько минут. Очнувшись, он увидел дыру в самолете прямо перед собой. Фоукс вместе с голкипером Гарри Греггом принялся помогать пассажирам спастись из горящего фюзеляжа. Прочитав об этом в автобиографии Фоукса, Грегг впал в ярость:

- Правда в том, что тогда, через 13 дней после Мюнхена, на поле вышли только мы с Фоуксом, а еще через два дня умер Эдвардс… Но Фоукс врет – я видел его в те страшные минуты, он шел совсем в другую сторону. Врет и один из выживших журналистов, Фрэнк Тэйлор – дескать, самолет во время взлета сопровождали пожарные и машины «Скорой помощи». Почему же тогда, мать его, я попал с парнями в больницу в кузове грузовика угольщика, который, спасибо ему, увидел, что творится, и примчал на помощь?!

Гарри, выбравшийся через дыру в фюзеляже, вытащил из самолета других игроков «Юнайтед» - Бобби Чарльтона, Денниса Вайоллета и Джеки Бланчфлауэра. Он также спас Веру Лукич, беременную жену югославского дипломата, и ее двухлетнюю дочь Весну, а также бессознательного Мэтта Басби. Грегг здорово рисковал – самолет, точнее, то, что от него осталось, мог взорваться в любой момент. Позже Вера родила мальчика, которого назвали Зораном.

Вернитесь, ублюдки! Здесь есть живые!

Лишь много лет спустя The Times Гарри рассказал, что навсегда запомнил, как темно и тихо было после крушения самолета. 

- Я решил было, что умер, но почувствовал, как кровь стекает по лицу. Побоялся ощупать голову – думал, что верхушка срезана, как у вареного яйца за завтраком. Шок, растерянность, ужас… Абсолютная темнота, хотя было только три часа дня. Я просунул голову в дыру в самолете и увидел первого мертвеца. Это был наш тренер молодежной команды Берт Уолли. Его глаза были раскрыты, на нем не было никаких ран, но почему-то я сразу понял, что он мертв. Я даже успел подумать, что один остался в живых. Потом заметил, что на мне только один ботинок, и полез в эту дыру.

В этот момент из кабины появился пилот с маленьким огнетушителем. Увидел меня, он закричал: «Беги, долбо…, сейчас рванет!» (Это был Тэйн, который прекрасно знал, что в правом крыле больше двух тонн горючего. Он сам вернулся в самолет за огнетушителями. Стюардессы и штурман к этому моменту уже выбрались через аварийный выход на кухне. Или камбузе, если угодно. – А.Ф.) Но тут я услышал, что неподалеку плачет ребенок, и этот звук вернул меня к реальности. Я закричал убегающим, чтобы они вернулись, но они в ответ кричали, чтобы я тоже бежал. Но я же слышал плачущего ребенка и орал им вслед: «Вернитесь, ублюдки, здесь есть живые!» Пришлось искать их самому…

Маленькая девочка была завалена грудой вещей, но, как ни удивительно, из всех повреждений у нее был только порез над глазом. Я проковылял с ней в дыру и вынес ее.

После того, как Гарри передал ребенка кому-то поблизости, он вернулся к тлеющим обломкам и аналогичным образом вытащил тяжело раненую мать ребенка - Веру Лукич: «Улегся на спину позади нее и заставил встать на ноги». Затем Гарри совершил третье путешествие обратно в самолет, не обращая внимания на предостерегающие крики. На этот раз он искал своего земляка и близкого друга. 

Спасти друга

Я начал искать Джеки, выкрикивая его имя. Мы с Бланчи дружили еще с тех пор, когда в 14 лет вместе играли за ирландских школьников, и я отчаянно пытался найти его. Я увидел Рэя Вуда и Альберта Скэнлона. Они были без сознания, и я посчитал их мертвыми. Попытался их пошевелить – без толку, так их зажало. И я ушел.

Затем Грегг вскоре наткнулся на Чарльтона и Вайоллета. Оба были без сознания, и он подумал, что они тоже мертвы. Однако прихватив их за ремни брюк, Гарри вытащил своих товарищей из фюзеляжа, уложил их на снег в паре десятков метров, после чего вернулся к поискам Джеки. К великому облегчению Грегга, он нашел друга – в отдалении от фюзеляжа. Перед тем он подложил обломок под голову стонущему Басби. Бланчфлауэр лежал еще метрах в тридцати в стороне от самолета в луже – огонь растопил снег.

Когда я отыскал Бланчи, он жалобно стонпл. Первое, что бросилось в глаза – часть его правой руки была почти полностью оторвана. На нем лежал Роджер Бирн, и я сразу понял, что тут уже ничем не поможешь. Я попытался наложить Бланчи жгут из галстука, но сделал это слишком сильно и порвал галстук. Стал отчаянно рыскать вокруг и в этот момент почувствовал взгляд. Рядом стояла и смотрела на нас одна из стюардесс. «Ради Христа дайте мне что-нибудь перевязать ему руку!» - взмолился я. А она стояла и просто смотрела. Потом повернулась и ушла.

Рядом что-то непрерывно взрывалось, взметывая в небо струи пламени. Кошмар, сцена полного опустошения и разгрома... Всё это стояло передо мной долгие десятилетия, пока я не научился более-менее справляться с видениями. Во время заупокойной службы, посвященной 40-летию катастрофы, ко мне подсел молодой человек и представился «Я – Роджер Бирн», я едва удержался, чтобы не заорать и не сбежать из храма. Дело в том, что жена Бирна Джой была беременна, но тогда, 6 февраля, об этом еще не знали ни она, ни он… Это был сын. Как там у Высоцкого в «Балладе о погибшем летчике»:

Я за пазухой не жил, не пил с Господом чая,

Я ни в тыл не просился, ни судьбе под подол,

Но мне женщины молча намекали, встречая:

«Если б ты там навеки остался, может, мой бы обратно пришел!»

Для меня не загадка

Их печальный вопрос,

Мне ведь тоже несладко,

Что у них не сбылось!

Мне ответ подвернулся:

«Извините, что цел.

Я случайно вернулся, вернулся, вернулся, вернулся!

Ну а ваш не сумел…»

Именно встреча с Роджером-младшим и Джой, как признался впоследствии Грегг, помогла ему смыть невыносимое чувство вины: «Она посмотрела на меня и сказала: «Гарри, за что ты мучишь себя уже сорок лет?» Отпустило…»

«Никакой я не герой»

В январе 2008 года Гарри совершил эмоциональное возвращение в аэропорт Мюнхена и прямо на месте крушения записал интервью для телевизионного документального фильма BBC «Одна жизнь: Мюнхенская авиакатастрофа». Грегг впервые вернулся в Мюнхен. Во время съемок он встретился с Зораном Лукичем, сыном Веры Лукич, который во время трагедии еще пребывал в утробе матери. 49-летний Лукич медленно подошел к своему спасителю и сказал:

- Мне всегда хотелось просто взглянуть тебе в лицо и сказать «спасибо». Я был третьим пассажиром, которого ты спас, но в то время ты не мог знать об этом.

Гарри слегка покраснел, прежде чем тихо ответить:

- Тебе не за что меня благодарить, сынок. Я сделал то, что должен был сделать, не думая больше ни о чем. Всю жизнь после этого меня называют героем, но на самом деле никакой я не герой. Герои это те, кто совершает смелые поступки, осознавая возможные последствия и опасность. В те минуты я и близко не осознавал, что творю…

Вот так. Пожалуй, лучше всех по этому поводу высказался другой североирландец – великий Джордж Бест, которому по молодости доводилось чистить бутсы старшего товарища по «МЮ»:

- Храбрость это одно, но то, что сделал Гарри Грегг, было чем-то большим, чем просто храбрость. Это была ДОБРОТА.

Почему Гарри? Да кто знает

Гарри (как-то не встретил ответа на вопрос, кто и почему расправился с его настоящим именем Генри) Грегг пересек Ирландское море и стал игроком втородивизионного «Донкастер Роверз» еще в 18 лет. Тогда он стоил 1700 фунтов. Семь лет спустя, в декабре 1957 года, «Манчестер Юнайтед» не пожалел за североирландского кипера 23 500 – рекордной по тем временам суммы за игрока данного амплуа. Судьба…

…Как я уже упомянул, Грегг вернулся на поле спустя 13 дней после Мюнхена. Это был кубковый матч с «Шеффилд Уэнсдей», выигранный обновленным «МЮ» 3:0. По злой иронии уж не знаю кого многие видеосюжеты о Грегге содержат один момент этого во многом символического поединка – грубейшую ошибку вратаря на выходе, в результате которой шеффилдцы не забили лишь чудом. Гарри доиграл сезон, несмотря на сильные головные боли. Запоздалый осмотр у нейрохирурга позволил поставить диагноз – трещина в черепе. Была она последствием Мюнхена или же какой-то ретивый соперник заехал голкиперу с ноги – бог весть.

Именно в том роковом сезоне-1957/58 Гарри достиг своей вершины в «МЮ» - финала Кубка Англии, который команда проиграла «Болтону» 0:2. Знаменитый форвард «Уондерерз» Нэт Лофтхауз удвоил счет с очевидным нарушением правил – попросту затолкал Грегга в ворота вместе с мячом, но в те легендарные времена подобные голы засчитывали сплошь и рядом, особенно в Британии.

Североирландское чудо

В завершение же того сезона, летом 58-го, Грегг покорил еще одну вершину – вместе со сборной Северной Ирландии добрался до четвертьфинала чемпионата мира в Швеции. Это был достойный и удивительный мундиаль, одной из уникальных черт которого было участие всех четырех Home Nations, пробившихся через отбор – Англии, Шотландии, Уэльса и Северной Ирландии. Выступление нортайришей под руководством Питера Доэрти, происходившего из того же Магерафельта, что и Грегг, и тренировавшего его еще в «Донкастере», рыжего гения с неизменной трубкой в зубах, что тогда воспринималось, что сейчас остается сенсацией. Хотя на самом деле у них тогда подобралась неплохая банда, где в нападении царил Питер Макпарлэнд из «Астон Виллы», в центре поля заправлял великий Дэнни Бланчфлауэр из «Тоттенхэма», который в 32 года вступал в зенит карьеры, а сзади выручал наш герой. В отборе сборная Северной Ирландии не без скандала опередила Португалию и Италию*, а непосредственно в Швеции дважды (! – в первом туре группы и в дополнительном матче, 1:0 и 2:1 в дополнительное время) обыграла сильную сборную Чехословакии, также ухитрившись сделать ничью с действующими чемпионами мира сборной ФРГ (2:2) и уступив лишь аргентинцам (1:3). Грегг, по общему признанию, творил в рамке чудеса, и его роль в подвиге команды ключевая, особенно если учесть, что играл он с травмой правой лодыжки. В канун четвертьфинала нортайриши потеряли Бланчфлауэра, пережили тяжелый переезд автобусом в Норчёпинг и вообще имели мало времени на подготовку, но будет справедливы – даже если бы всё это сложилось в пользу команды Грегга, ее шансы устоять перед великолепными французами во главе с Копа и Фонтэном были минимальны. Влетели 0:4…

* - португальцы тогда еще были совсем слабенькие, и потому решающим стал матч Северной Ирландии и оправившейся после гибели «Торино» в 49-м Италии в Белфасте. Однако из-за тумана на игру 4 декабря 1957 года не сумел прибыть вовремя венгерский арбитр Иштван Жолт, на секундочку – менеджер Национальной оперы в Будапеште. Игры перенесли, а чтобы не разочаровать публику, сыграли товарняк, взяв местного судью. Рубились не по-детски, закончили 2:2, и разъяренная толпа ломанулась на поле бить гостей. Если бы не умелые действия Бланчфлауэра, который окружил итальянцев эскортом из ирландских игроков и проводил их в раздевалку, «Скуадре» могло неслабо прилететь. На «переигровку» в мае 1958-го Италия прилетела уже душевно запуганная и уступила 1:2. 

По итогам ЧМ-58 Гарри Грегг вошел в символическую сборную турнира, составленную журналистами – ту самую команду, в которую угодил и советский полузащитник Юрий Войнов, представлявший киевское «Динамо». Пусть не в тему, но любопытно будет заметить, что французский форвард Жюст Фонтэн, который забил на ЧМ 13 мячей и тем установил рекорд на все времена, в сборную «не пробился», хотя получил больше всех голосов. Дело в том, что за него голосовали и как за правого инсайда, и как за левого – в итоге он не преуспел ни там, ни там, уступив, соответственно, Диди и Пеле. Среди центрфорвардов первенствовал Раймон Копа, которого мы куда лучше знаем как диспетчера.

 Как Грегг едва не перешел дорогу Фергюсону

Увы, на этом перечень спортивных достижений Грегга можно завершить. Он отыграл безусловно основным еще пару сезонов – среди них 1958/59, в котором «МЮ» вопреки всем прогнозам стал вторым, а лидерами команды были пережившие Мюнхен Бобби Чарльтон (29 голов), левый краек Альберт Скэнлон (16) и Гарри Грегг, стоил почище иного чемпионства. Но измученный травмами (у него рука не разгибалась без лютой боли) Гарри всё чаще проигрывал конкуренцию и в сборной, и в «Манчестер Юнайтед». В 62-м ему пришлось пережить утрату жены, тяжелую операцию на плече и автокатастрофу, в которой Грегг основательно повредил ногу и сломал скулу. «Да сколько же у тебя жизней?! – риторически вопросил Басби, затягиваясь неизмененным «Ротмансом».

«Мэтт был по-настоящему великим человеком, что бы кто ни рассказывал о нем потом. Ты не велик по-настоящему, если не умеешь носить мантию величия. Басби это умел. Я видел его в разные мгновения – злым до ярости и расслабленным после хорошей порции выпивки (а он любил это дело!), на пике славы (я был на «Уэмбли» в тот легендарный вечер 68-го), в шаге от смерти, мы ссорились и подолгу не разговаривали, но его выражение лица не менялось никогда. Для меня это и есть та самая мантия… Правда в том, что когда я вернулся в «Юнайтед» в 78-м, отношения в клубе уж были совсем другими». 

В победном финале Кубка-1963 с «Вулверхэмптоном» вместо Гарри играл его вечный дублер, иногда выходивший из тени Дэйв Гаскелл, а награды тогда вручались только участникам решающего поединка. Чемпионские сезоны возрожденного Басби «Юнайтед» - 1964/65 и 1966/67 - пришлись уже на фактическое завершение его карьеры в «МЮ»… Мужественный североирландец, правда, сумел отправить в отстойник и Гаскелла, и своего земляка Ронни Бриггза, и ирландца Пэта Данна, но когда в августе 66-го клуб за 55 тысяч перекупил у «Челси» Алекса Степни**, ветеран всё понял и попросил вольную. Ему доведется провести еще всего лишь два матча, уже в «Стоке» - 2:4 и 2:0. Свой прощальный поединок Грегг отстоял всухую!

 ** - Младший на 10 лет Степни, дай Бог ему здоровья, совершил тогда весьма крутой вираж. В мае того же 1966-го «Челси» отдал за него «Миллуоллу» 50 кусков, и молодой тогда шотландский тренер Томми «Док» Дохерти (впоследствии они на целых пять лет пересекутся со Степни в «МЮ») обещал, что Алекс будет играть по очереди с другим кипером «Синих» Питером Бонетти. Однако у директоров лондонского клуба имелось собственное видение ситуации, и когда поступило выгодное предложение из «МЮ», отказываться от него не стали. Восхождение к КЕЧ-1968 манкунианцы совершили уже со Стерни в воротах. Запасным, несмотря на присутствие в команде Гаскелла, считался молодой воспитанник клуба Джимми Риммер.

К слову, Джон Дэвид Гаскелл провел в «МЮ» 13 сезонов – 1956-69. Был он в команде и во время Мюнхена, но в Белград не летал – основным тогда считался Рэй Вуд, которого уже стал вытеснять и таки вытеснит Грегг.

Гарри стал неплохим тренером - не вратарей, а именно тренером, хотя и коллег ему довелось погонять, причем в родном клубе. Именно Грегг с его достаточно скромным послужным списком претендовал возглавить «МЮ» в 1986 году, и Мэтт Басби, руководствуясь какими-то своими мотивами, рекомендовал его, но совет директоров клуба весьма логично выбрал успешного шотландца Алекса Фергюсона. В 2012 году «МЮ» с Ферги во главе прибыл в Белфаст на игру в честь 80-летия Гарри Грегга и сокрушил сборную Ирландской лиги со счетом 4:1. Юбиляру, пожалуй, было уже поздновато становиться в раму. Сколько бы жизней ни держал он про запас.

…Из переживших Мюнхен на этом свете по-прежнему остаются несгибаемый чемпион мира Бобби Чарльтон, стюардесса Розмари Чевертон, Вера Лукич, Элеанор Миклош и, конечно же, Зоран Лукич. Троих из этих пятерых спас Гарри Грегг.

Артем ФРАНКОВ

Этот пост опубликован в блоге на Tribuna.com. Присоединяйтесь к крупнейшему сообществу спортивных болельщиков!
Другие посты блога
Игра В. Пас
+21
Реклама 18+
Популярные комментарии
Sergiy Baranovsky
+3
Крута історія!
Дмитрий Клименко
+2
Хороший материал
Написать комментарий
Loading...
Реклама 18+