НБА

15 игроков, которые изменили НБА на старте сезона

Блог «Фонарь» – о тех, кто удивляет после первой четверти регулярного сезона.

Критерии для вручения награды «самому прогрессирующему игроку НБА» размыты, да и сама она довольно бессмысленна. Блог «Фонарь» не пытается угадать тех, кто подпадает под известный алгоритм «больше времени – лучше статистика». Речь пойдет об игроках, чей прогресс отразился не столько в цифрах, сколько повлиял на расстановку сил и эстетический образ лиги.

(И естественно, никаких новичков).

Стефен Карри («Голден Стэйт»)

В прошлом сезоне Карри получил приз MVP, привел свою команду к 67 победам в чемпионате и титулу чемпиона. Какого черта он здесь делает?

Проблема в том, что этого ему показалось мало – Карри растоптал общее понимание того, как можно играть в баскетбол, инициировал фантастическое начало сезона и не только заставил всерьез обсуждать реальность 73-8, но и выдал статистику, сопоставимую – о, боже, произнесу-ка я это шепотом – с Майклом Джорданом.

В прошлом сезоне он стал MVP с такими убедительными цифрами: 23,8 очка, 7,7 передачи, 4,3 подбора, 2,0 перехвата, 49% с игры, 44% из-за дуги.

Все решили, что, если «малыш» и станет лучше, то разве что в одном аспекте – сократит не украшающее его количество потерь.

У Карри было другое мнение. Потери остались при нем (на самом деле, их стало меньше, так как вырос уровень его задействования). Зато он удивительным образом улучшил бросок – теперь это 52% с игры, 46% из-за дуги, и выдал 30,8 очка, 6,3 передачи, 5,4 подбора, 2,2 перехвата. Процент и результативность внушают трепет даже не из-за результатов «Голден Стэйт» (28-1, все дела), а потому, что Карри не стал более придирчиво выбирать ситуации для бросков. Он просто стал лучше в тех же самых невообразимых пуляниях.

Карри – главный претендент на настоящий приз «самому прогрессирующему игроку», пусть он и не получит ту ерундовину, которую всем вручают. Это не важно. Карри – это единственный человек в истории НБА, который добился того, что когда он отрабатывает броски с центра площадки, всерьез обсуждают, смогут ли «Уорриорс» инкорпорировать их в свое нападение.

Николя Батюм («Шарлотт»)

Батюм провел в НБА семь сезонов, но постоянно оставался недооцененным – то он был в тени Олдриджа и Лилларда, то играл с травмой запястья, что отражалось на его броске. Как-то получалось, что его игровой интеллект, защитные навыки, универсальность воспринимались как само собой разумеющееся: стартовая пятерка «Блейзерс» выглядела как единое целое, и то, что привносил Батюм, уловить было очень сложно. Американцев не убеждали ни снайперские подвиги француза в составе национальной команды, ни его разносторонность.

Больше это не так. За два месяца Батюм создал самую главную сенсацию в лиге, изменив то, что казалось изменить невозможно. Самая чугунная атака, будто доставленная прямиком из 90-х, полностью перестроилась и отошла от классической, но теперь уже примитивной игры в пост на Эла Джефферсона. Теперь «Хорнетс» изменили темп и оказались в первой половине лиги, увеличили количество трехочковых почти на 10 в среднем за матч и вошли в первую пятерку по лиге, а также умудрились с самого дна таблицы атакующего рейтинга взлететь в первую пятерку. Главный импульс для этой трансформации очевиден: на смену Лэнсу Стивенсону, злоупотреблявшему бессодержательным стучанием в паркет и лихими бросками в сторону моря, пришел человек-компьютер, через которого строится почти четверть атак «Хорнетс» (когда он на площадке).

Батюм по-прежнему не делает ничего броского – он всего лишь просчитывает игру и принимает простые и эффективные решения и делает это максимально быстро. Там, где можно, он берет на себя – он второй в команде по количеству бросков и один из самых продуктивных по числу трехочковых (38% попаданий из-за дуги). Там, где требуется – выполняет роль разыгрывающего (4,7 передачи) и облегчает жизнь Кембы Уокера. А еще он много двигается, ища возможности для бросков после получения (5,1 за матч) и тем самым стимулируя всю систему в целом.

Мало кто верит, что «Шарлотт» сможет продержаться на таком уровне и дальше – за последние две недели они потеряли восемь позиций в списке самых эффективных атак. Но логика тут проста: основа новой реальности «Хорнетс» слишком сильно зависит от одного человека.

Кавай Ленард («Сан-Антонио»)

Когда показалось, что играть иначе уже нельзя, трехочковые, драйв-н-кик и ран-н-ган победили, и вообще НБА слишком сильно покачнулась в сторону «малышей», пошел откат. Именно в том месте, откуда последние 10 лет и идут все главные тенденции лиги. И именно в том месте, откуда их до сих пор почему-то никто не ждет.

«Сперс» переродились заново. Вернее, «Сперс» переродились обратно. Теперь уже начались разговоры о том, что время Тони Паркера и всего этого «драйв-н-кика» в «Сан-Антонио» считают смутным, трехочковые там ненавидят, и теперь пытаются забыть все эти «лихие 10-е», как дурной сон. Чтобы тренер Попович полностью перепоручал команду какому-то любвеобильному французу? Да ни в жисть.

Вся лига играет быстрее самого быстрого, «Сперс» идут на 25-м месте по темпу. Вся лига ограничивается одним «большим», «Сперс» вновь поставили двойные башни в «краске». Вся лига перестала считать движение мяча и альтруистичный баскетбол какой-то доступной лишь полусвятым добродетелью, «Сперс» стали передавать мяч Каваю Ленарду и ЛаМаркусу Олдриджу и смотреть, как те разыгрывают «изоляции».

Попович просто ждал, когда же Ленард будет готов взять на себя столько, сколько он хотел бы ему дать.

Уже в прошлом году, немного испорченном из-за травмы, Ленард вырос в лучшего защитника. Теперь он – и это, выходя чаще всего против лучшего игрока соперников – сдерживает оппонента на 42,6% с игры. «Сперс» пропускают 93,9 очка на 100 владений и являются лучшей защитой лиги.

С самого прихода в НБА Ленарда видели в качестве 3&D-игрока. Теперь его трехочковые стали лучше, чем раньше – он демонстрирует 50% из-за дуги, а бросает еще больше (4 раза в среднем). Он лучший и по проценту, и по прогрессу в данной области.

Но главное, что все его определяющие достоинства сохранились при полном пересмотре его роли в атаке. Ленарда гораздо больше задействуют (рейтинг использования поднялся с 19 до 25,5, количество бросков с 10 до 15,9). Чаще разыгрывают под него комбинации под бросок (Ленард набрал больше всех в лиге в таких ситуациях). Да еще и нагружают его большей работой по части «изоляций» и заставляют создавать себе ситуации с ведения – 26% владений «Сперс» завершаются в руках Кавая, он реализовал в два раза больше «изоляций», чем любой другой игрок команды.

Короче, Ленард – самый важный игрок в команде с лучшей защитой и третьей атакой в НБА.

Дрэймонд Грин («Голден Стэйт»)

Талант Грина был признан главным болельщиком «Рокетс» в рунете, что автоматически выносит его на недосягаемый уровень в виртуальной гонке MVP. Карри стоит особняком благодаря своей фееричной результативности, Грин – благодаря тому, что ежедневно выпрыгивает из штанов, чтобы доказать всем, кто еще этого не осознал, что «Уорриорс» – это все что угодно, но точно не случайность. Карри – MVP всей лиги, но MVP «Голден Стэйт» именно человек с никогда не закрывающимся ртом, ведь на нем замыкается и атака, и защита, и атмосфера в раздевалке, и в целом образ команды бузотеров, которые всегда как будто немного навеселе.

Уникальность Карри доступна даже случайному зрителю. Уникальность Грина довольно сложно воспринимается даже теми, кто смотрит много баскетбола.

Грину отказывают в таланте по сравнению со множеством игроков, которые не выигрывали ничего. Несмотря на то, что он тысячу раз доказал, что легко преодолевает физические недостатки за счет энергии и умений, его нестандартность все равно используют против него. В нем не видят первого номера, человека, который набирал бы больше 20-25 очков, который тянул бы команду в концовках. Показатель PER вообще не имеет к нему отношения.

Уникальность же Грина такова, что в современном баскетболе, построенном на скорости и трехочковых, на мисмэтчах и умениях компенсировать эти мисмэтчи в защите, он выглядит идеально и является лучшей фундаментальной частью для построения команды будущего.

Подписание нового контракта ничуть не лишило Грина мотивации. Он горит вечным пламенем злости, трэштока, неуступчивости и не допускает саму возможность поражения. Во время победной серии в «Голден Стэйт» говорили, что, хоть и понимают, что проигрыш когда-нибудь и случится, но вполне допускают, что это будет не в этом сезоне. Можно лишь догадываться, чья взбалмошная голова породила такую мысль – Грин заряжает команду в раздевалке, подгоняет ее самоотверженностью в защите и не жалеет себя, толкаясь с людьми, намного превосходящими его в массе и росте.

Но об этих качествах знали даже самые оптимистичные болельщики «Рокетс». Главное, в чем Грин прибавил – это игра в атаке. Его разносторонность – это и есть олицетворение «Уорриорс»: Грин подбирает и сразу же разгоняет отрывы, Грин бросает трехочковые с 39 процентами попаданий, Грин отдает просто немыслимые 7,1 передачи (показатель, который среди игроков передней линии всегда ассоциировался с людьми калибра Лэрри Берда и Уилта Чемберлена), а пик-н-ролл Грин-Карри – это самая страшная штука во всей лиге.

В этом году Грин показал себя и еще в одном аспекте, который мы раньше не видели. Вернее видели, даже в первом его сезоне, но в концовках обычно у «Уорриорс» есть кому успешно решить все вопросы. Но в матче с двумя овертаймами в Бостоне, где Томпсона и Барнса не было, а Карри уже еле передвигал ноги с грузом сидящего на нем верхом Брэдли, Грин взял мяч в руки и продлил серию еще на одну игру.

Грин оставался самым недооцененным игроком в НБА, вроде бы обычным работягой, но при этом очень умелым, разносторонним и эффективным в важных мелочах. Просто единственный способ оценить его адекватно – это показатели команды. Сейчас уникальность Грина, наконец, доступна.

Андре Драммонд («Детройт»)

В жизни Андре Драммонда за лето произошли две вещи: во-первых, у него выросли волосы на плечах, во-вторых, Грег Монро собрал вещи и уехал в Милуоки. Благодаря этим двум обстоятельствам центровой «Пистонс» превратился в одного из самых неэстетичных среди звездных игроков лиги.

Звездой Драммонда сделали ни какие-то конкретные улучшения в игре, а система Стэна Ван Ганди, эксплуатирующая колоссальные физические возможности таким образом, что, несмотря на все недочеты, технический брак и просто глупые ошибки, само присутствие семифутового суператлета – теперь не ограниченного ничем – выводит команду на новый уровень. А в случае с «Детройтом» это сразу несколько уровней.

Драммонд все же вырос в ухудшенную копию молодого Ховарда со всеми знакомыми косяками:

– Драммонд так же плох в игре спиной. В пост-апе он набирает 0,71 очка на владение при проценте 39,2, и это где-то средний уровень по лиге. Близок к нему лишь современный Ховард (0,70).

– Драммонд идет к тому, чтобы стать худшим в истории с линии штрафных. В этом сезоне он совершает 7,5 попытки за игру (на три больше, чем в прошлом году), и его процент – 38 – просто за гранью добра и зла.

– Драммонд сильно уступает молодому Ховарду в защите и по оборонительным навыкам, и по чтению игры. Его качества «рим-протектора» вызывают удивление, так как он не входит и в тридцатку лучших «больших», позволяя забивать через себя с лучшим процентом, чем среднестатистический центровой. Слова Криса Миддлтона о том, что «Драммонд» боится физического контакта», могут показаться странными, но наблюдения за ним их подтверждают – Стэн Ван Ганди уже распекал очередного своего улыбчивого подопечного за недостаток старания, так как он и вправду выглядят как-то чересчур податливо. Ну а сбитый алгоритм принятия решений лучше всего проявился в недавней концовке с «Клипперс» – в решающем владении Драммонд зачем-то побежал делать дабл-тим на дуге, после чего Кроуфорд положил открытый трехочковый.

Короче, Драммонду явно есть куда прибавлять, но важнее то, что здесь и сейчас он радикально меняет игру «Детройта». Пик-н-роллы с его участием (1,22 очка на владение), его феноменальные качества на подборе (5,5 отскока на чужом щите) и в целом его присутствие под щитом совершенно иначе раскрывает всех партнеров. И это важнее всего при понимании вклада центрового: его рекордные показатели на подборе (две недели назад было больше 19 подборов в среднем, сейчас – 16,5), сопоставимые с эпохами Чемберлена/Расселла (когда промахов было гораздо больше), не столь впечатляют, как то, что рядом с ним по-другому выглядят те, кого недавно воспринимали как «сбитых летчиков».

Реджи Джексон («Детройт»)

Кто?!

А.

Реджи «What the fuck?» Джексон.

Джексон многих расстроил, многих обидел, но все же осуществил свою мечту – быть не просто игроком стартовой пятерки, а главной звездой с абсолютным карт-бланшем, возможностью бросать по 25 раз за матч, а также максимальным контрактом. Все получилось более чем удачно – сегодня «процент использования» у разыгрывающего выше, чем у Дюрэнта.

Джексон и «Детройт» идеально подходят друг другу. С одной стороны, рядом всегда есть Колдуэлл-Поуп и Драммонд, которые компенсируют его слабость в защите. С другой – системе, построенной вокруг центрового и снайперов, необходим вот именно такой разыгрывающий, способный уйти от любого за счет молниеносного первого шага, словно на коньках проезжающий по «краске» и настолько упрямый и дерзкий, что всегда готов взять на себя главный бросок. Он стал еще лучше, чем был в конце прошлого сезона, еще больше прибавил в броске, еще агрессивнее начал проявлять себя в четвертых четвертях. В общем, оставил всех джексонооптимистов вполне довольными – практически все победы «Пистонс» имеют прямое отношение к выступлению разыгрывающего.

Проблема пока в том, что и нестабильность Джексона никуда не делась, а так да – «Пистонс» дойдут ровно до того места, куда доведет их напористый плеймейкер.

Кентавиус Колдуэлл-Поуп («Детройт»)

«Пистонс» вроде бы построены на двух игроках, связке разыгрывающий-центровой, но на самом деле ключевая роль принадлежит персонажу, которого можно считать не слишком заметным, только если воспринимать игру через призму статистики: Кентавиус Колдэулл-Поуп выглядит лидером на обеих сторонах площадки. Его энергия и цепкость создают входящую в первую десятку защиту «Пистонс», в нападении же рядом с порой суматошным Джексоном оказывается идеальный партнер. КейСиПи теперь не только бросает из-за дуги, но и так же охотно, как и его напарник, раскатывает пик-н-роллы, не давая «Пистонс» превратиться в команду Джексона и четырех пеньков, которые с мячом могут делать лишь одну вещь.

Главные деяние Колдуэлла-Поупа – когда он остановил уничтожавшего всех тогда Стефена Карри на 22 очках, а потом позволил Расселлу Уэстбруку набрать лишь 14 – естественно, не осталось незамеченным. Но для «Пистонс» важнее другое. Их атакующий защитник начинал сезон в той же ограниченной роли и еще маялся с броском, но затем резко прибавил в декабре (12,8 очка, 1,8 передачи, 39% с игры в ноябре, 16,3 очка, 2,6 передачи, 44% в декабре). Постепенно он приспособился к той оборонительной нагрузке, что взваливает на него Стэн Ван Ганди, и начал брать на себя и больше созидающих функций, и не стесняться бросать в ключевые моменты игры.

Колдуэлл-Поуп проводит на площадке почти 38 минут, больше, чем любой другой игрок «Детройта», так как альтернативы тому, что приносит он, в команде просто нет.

Эван Фурнье («Орландо»)

Француз – наилучшее доказательство того, что тот самый приз «самому прогрессирующему игроку» можно выбросить на помойку.

В первый месяц сезона Фурнье оказался основным человеком «Мэджик», их новым лидером, их легким форвардом, их альфой (проводил на площадке 38 минут) и омегой (решал в концовках). Проблема в том, что «Орландо» хоть и выплыл из вечного флоридского болота, но все равно шел с показателями 6-8.

Поэтому в конце ноября в жизни «Мэджик» и Фурнье все изменилось. Скотт Скайлз устал экспериментировать с облегченной пятеркой, где Тобайс Харрис был четвертым и вернул его на место легкого форварда, четвертым стал Ченнинг Фрай, а Виктор Оладипо отправился за призом «лучшему шестому». Игровое время Фурнье, вернувшегося вроде бы на родную позицию второго номера, резко сократилось (меньше 24 минут), а статистика снизилась вдвое, в том числе и в плане эффективности: больше 50 процентов раньше и меньше 40 в последнее время.

Как показали первые два месяца, Фурнье сильно зависим от внешних обстоятельств и от того, что его роль на площадке не совсем определена. Если учитывать опыт только этого времени, то создается впечатление, что ему удобнее играть на месте легкого форварда, где он имеет преимущество в скорости и больше получает мяч (так по эффективности пик-н-роллов он занимает 7-е место в лиге – 0,97 очка за владение и минимальное количество потерь). Тогда как в качестве чистого снайпера, выходящего из-под заслона и бросающего, он не так хорош: 40,8 % с игры, хотя и 39,8 из-за дуги. Не случайно, в «Денвере» Фурнье начинал вообще как разыгрывающий.

Но пока Скайлз сосредоточен на защите, так что двухнедельный спад в игре Фурнье отразился на его команде лишь в положительную сторону. При этом «Мэджик», конечно, думали, как реанимировать еще недавно самого прогрессирующего игрока, внезапно оказавшегося регрессирующим. В последнее время это начало получаться.

Клинт Капела («Хьюстон»)

Когда команда, болезненно помешанная на трехочковых, перестраивает игру на тандем центровых – это большое событие. «Рокетс» все пытались подобрать идеального стретчфора, но в итоге были вынуждены смириться с главным фактом первых месяцев: Капела – это единственный представитель команды, который радует. Так появилась двойка Капела-Ховард, своим существованием вроде бы идущая против всех аксиом современного баскетбола, но максимально эффективная. Когда эти двое выходят в старте, «Рокетс» выиграли 10 матчей из 13 и попали в первые пятерки и по защите, и по атаке. Когда они вместе на паркете, команда выигрывает с разницей больше 20 очков.

Эта история любопытна главным образом потому, что не совсем понятно, как это работает статистически. Естественно, при таком раскладе у «Рокетс» есть проблемы с движением мяча, с трехочковыми их угла, с пространством в атаке – в общем, со всем, что так ценится сейчас и что они сами выкристаллизовывали так долго. Подобный же эксперимент с Ховардом (тогда еще молодым и практически здоровым) и Ашиком завершился катастрофой.

Но в данном случае этого не происходит. Во-первых, в отличие от Ашика, Капела гораздо быстрее, мобильнее и старательнее – например, он успевает за четвертыми номерами на дуге. Во-вторых, они устраивают какую-то дикую вакханалию на подборе – забирают 62 процента всех доступных подборов (самый высокий показатель в лиге у «Оклахомы» – и это 55%), в том числе 86% на своем щите. В-третьих, они видоизменяют быструю игру в том виде, в каком мы ее понимаем: у «Рокетс» пока один центровой подбирает, другой уже вприпрыжку несется к другому щиту.

В начале сезона 21-летний Капела выглядел просто гарантией того, что «Рокетс» не будут долго грустить, когда будущим летом Дуайт Ховард захочет подписаться где-то еще. Но сейчас он превратился в один из факторов, заставляющих поверить, что «Хьюстон» сможет породить что-то интересное к плей-офф уже в этом сезоне.

Заза Пачулия («Даллас»)

Главное откровение сезона связано не просто с тем, что Пачулия стал органичной частью проекта Рика Карлайла – этого терминатора из жидкого металла, который разрубают на части, проделывают не совместимые с существованием бреши и постоянно списывают со счетов, но он упрямо продолжает свое движение. В «Далласе» грузина так и называют план «Z» – «Z» это не от Заза, а потому что последняя буква алфавита: нужен был центровой – взяли Джавэйла МакГи и вот доступного товарища со скамейки «Милуоки», нужно же было кого-то взять. Так, по крайней мере, это выглядело: хотя в сборной Пачулия всегда тянул остальных за собой, в НБА он оставался бэк-апом, который может потолкаться под щитом и всегда остается доволен любыми минимальными функциями. Собственно, все.

Теперь Пачулия – это главный пример того, что надо знать о Рике Карлайле. Чудотворец «Маверикс» не удовлетворился привычной ролью новичка, а копнул немного глубже – просмотрел все более-менее заметные действия Зазы за последний год и точно установил, что тот умеет больше, чем это было принято думать.

Пачулии 31 год и он проводит лучший сезон в карьере. Вряд ли в этом возрасте кого-то можно научить новым трюкам – Пачулия не стал выше прыгать, не подрос, не поставил себе трехочковый бросок. Он просто оказался в системе, использующей все сколько-нибудь ценные стороны игрока: в защите от него не ждут идеальной подстраховки под кольцом, но зато получают жесткость, мобильность при защите от пик-н-роллов, грамотный выбор позиции, умение читать игру и неуступчивость один в один; впереди грузин помогает заслонами и передачами, комфортно чувствуя себя в бушующем водовороте движения мяча, бесконечных выходов под получение и трехочковых. Он не стал кем-то иным, но пока «Маверикс» шли по сезону с резким превышением ожиданий, Пачулия в качестве значимого ингредиента команды плей-офф выглядел удивительно.

Рэджон Рондо («Сакраменто»)

Рондо оказалось не под силу исправить «Кингс». Хотя тому, кому это будет под силу, точно дадут нобелевскую премию мира.

До того как стать изгоем Рондо сделал практически все, чтобы наиболее убедительнее представить свои аргументы в пользу максимального контракта:

– узурпировал власть в клубе, заручившись поддержкой лидера и задавив авторитетом главного тренера;

– привнес относительное спокойствие в «Сакраменто» – клуб, который считает неделю без скандала прожитой зря, сосредоточился на других вещах;

– приобрел максимальную свободу, которая только возможна для баскетболиста: Рондо диктует темп, раздает передачи, совершает те броски, что хочет, и даже определяет свое игровое время, не останавливаясь перед показателем 48 минут;

– Рондо вернулся в привычном статусе лучшего распасовщика, мистера трипл-дабл и самого зрелищного игрока лиги;

– Рондо убедил, что его бросок начал улучшаться (показатель «истинного процента попаданий» у него лучший за все время после травмы);

– Рондо ушел от образа человека, которого недолюбливают одноклубники, и стал вроде как авторитетом и заслуженным ветераном.

Все это, как всегда бывает в случае «Кингс», упирается в ряд некоторых нюансов, которые делают все индивидуальные достижения Рондо бессмысленными. Во-первых, без него «Сакраменто» выглядят лучше: немного лучше в атаке и сильно лучше в защите (-3,4 очка на 100 владений). Во-вторых, что с ним, что без него «Кингс» все так же безнадежны.

Потому и получается, что главный смысл возвращения Рондо, конечно же, чисто эстетический. Вряд ли кто-то может переплюнуть его в роли мрачноватого художника, готового в любой момент набросать сюжет, который станет главным украшением дня. Разыгрывающий «Кингс» с пугающей беззаботностью придумывает штуки, убивающие любые ассоциации понятий «баскетбол» и «рутина». Он может быть ограничен в рамках трехочкового баскетбола, малость противоречив и не очень эффективен, но пока его огромные руки достают из невидимых карманов шедевры, это всегда будет второстепенно.

Си Джей Макколлум («Портленд»)

Терри Стоттс увез в «Портленд» конспекты Рика Карлайла под названием «Франкенштейн. Как строить лучшую атаку с командой, набранной по объявлению» и теперь делает все то же самое, даже без Дирка Новицки. Отъезд четырех ключевых игроков выбросил «Блейзерс» из зоны плей-офф, но перемены прошли для нападения практически безболезненно – пара Лиллард-Макколлум, конечно, напрочь убила баланс между передней и задней линией, но обеспечила бесперебойную доставку мячей в кольцо.

Данная предпосылка автоматически делает Макколлума основным, классическим претендентом на звание «самому прогрессирующему игроку» года – после двух лет мыканий с травмами, жесткой конкуренцией, проблемными габаритами он ожидаемо вернулся к тому баскетболу, что показывал в колледже, и за сезон поднял результативность с 6,8 очка до 20,1, с 1,0 передачи до 4.

Но данная же предпосылка и мешает понять, насколько серьезно следует относиться ко всему, что происходит в Орегоне. Ну, знаете: малогабаритный комбо-гард, «пулялка», проблемы в защите, травматик – все вот это…

Уилл Бартон («Денвер»)

5 мыслей о Уилле Бартоне:

Бартон был бы одним из очевидных претендентов на звание лучшего шестого, если бы в «Денвере» происходило что-нибудь значимое.

Уилл Бартон – классический шестой: зажигалка с лавки, взрывные проходы и трехочковые на кураже, старательность как слабая замена защитным навыкам и массе, куцая борода.

В «Денвере» не происходит ничего значимого, но происходит нечто приятное: грамотный тренер строит бегущую команду из старательных парней. Последний аспект как-то всеми упускался из виду перед сезоном, и Бартон как раз один из них.

Уилл Бартон – немой укор всем, кто упрекает Алексея Шведа в том, что он плохо питается.

И главное. Если бы Бартон не задержался со своим расцветом на целый сезон, то повлиял бы на НБА в гораздо большей степени. «Портленду» так не хватало нормальной «скамейки».

За лето Бартон резко прибавил в броске (трехочковый скакнул с 28% до 41), избавился от абсурдных передач и вообще как-то весь из себя поумнел. Классический случай игрока, отринувшего всю эту заумную дребедень от Карлайла-Стоттса и наслаждающегося простым и близким сердцу «взял мяч – …».

Луис Скола («Торонто»)

Символ стабильности в мире разбил сердца всех, кто соотносил свою жизнь с его карьерой – как-то стареется спокойнее, когда перед глазами всегда одинаково небритый волосатый и все такой же последовательный фундаментальный аргентинец. Но больше нет – веяния времени добрались и до самых заповедных мест, так что теперь и Скола ввел в свой репертуар трехочковый бросок (44 попытки в этом сезоне, 60 за предыдущие 8 лет, и сразу 40% попаданий). Да еще как ввел: Скола не только попадает, но и попадает из любых позиций, а не только из углов.

Находка Сколы имела несколько последствий:

во-первых, он оказался в стартовой пятерке, чего с ним не бывало уже года три и что в 35-то лет выглядит неплохо;

во-вторых, оказался одним из важнейших фактором для трансформации атаки «Рэпторс» в одну из пяти лучших лиги: опасный Скола с трехочковым и умными передачами – идеальный партнер для ДеМара ДеРозана, ДеМарре Кэрролла и Терренса Росса.

в-третьих, не оказался бременем для защиты «Рэпторс», что автоматически подразумевает относительно неплохие перспективы «Торонто» на Востоке.

Ян Маинми («Индиана»)

Казус Яна Маинми тождественен истории с Зазой Пачулией, только гораздо возмутительнее: грузин хотя бы перешел из другого клуба и попал в раздвинувшую до предела границы его талантов систему; француз же вроде как и был в этой системе. Перспективы «Пэйсерс» перед сезоном выглядели тревожно не только из-за пугающих слухов о появлении Пола Джорджа на месте четвертого номера. Мало кто мог поверить, что можно что-то крепкое построить вокруг центрового, который и годился разве что на то, чтобы Роя Хибберта подменять (вот такое изощренное ругательство). Маинми на протяжении всей 7-летней карьеры дежурил на скамейке и довольствовался «мусорным временем» и редкими вспышками, которые и были возможны лишь благодаря тому же Хибберту, то подсаживающемуся на фолы, то впадавшему в прострацию.

Теперь же выяснилось, что Маинми идеально подходит новым бегущим «Пэйсерс». Его функции сугубо ограничены: он лишь в крайних случаях бросает не из-под кольца, сосредотачивается на заслонах, немногим лучше Пачулии играет пик-н-роллы – зато все силы отдает в защите, где его атлетизм и мобильность более соотносятся с текущим состоянием лиги. В два раза выросшая подросшая статистика (8,0 очка и 7,1 подбора) не столь внушает, как его общий вклад – Маинми – лучший в команде по защитному рейтингу, а сами «Пэйсерс» пока держатся на 7-м месте по эффективности защиты.

Маинми заменил Хибберта под щитом, заменил Дэвида Уэста в раздевалке, уже подарил героическую историю (забивал штрафные в концовке матча с «Чикаго») и сделал все возможное, чтобы чудесная история «Индианы» состоялась. Она все равно упирается в гений (и его физические ограничения) Пола Джорджа, но без непредсказуемых проявлений Маинми, ТриДиМайлза и прочих вообще бы не состоялась.

10 главных разочарований старта сезона в НБА

+10
Написать комментарий