Невероятные приключения украинцев на чемпионатах мира. Серия вторая

Tribuna.com продолжает сериал, в новой части которого – рассказы о самом успешных для советской сборной и ее украинских игроков чемпионатах мира.

Невероятные приключения украинцев на чемпионатах мира. Серия первая

Эпизод третий. Англия-1966, или Киевский торт с некиевской начинкой

В середине 90-х, когда могущество «Манчестер Юнайтед» эпохи Кантона достигло пика, английский футбол подарил миру, пожалуй, самый знаменитый плакат в истории. Нельзя не оценить самоиронию болельщиков из страны, чья команда добилась в 1966-м главного успеха в истории. Тот год – и уже без всякой иронии – был великим и для украинского футбола. Киевское «Динамо» начало блистательную серию из трех подряд чемпионств, показав, что отныне московским клубам придется считаться с новым суперклубом. Причем в тройке не оказалось ни одной команды из Москвы, чего доселе не было. В высшую лигу пробилась луганская «Заря», которая через несколько лет покажет, что для победы в чемпионате СССР не надо ждать 100500 лет, если ты правильно строишь клуб и мотивируешь игроков. Наконец, в том году родился Ринат Ахметов – без плакатов (и иронии) человек, поменявший расклады в украинском футболе не меньше, чем Кантона – в английском.

Но самое главное – в том году украинские игроки были важной частью команды СССР, которая добилась главного своего достижения на чемпионатах мира, в первый и последний раз выйдя в полуфинал. Успех, к которому команда давно шла, не был неожиданным. Более того, можно предположить, что руководи командой не Николай Морозов, а уволенный за поражение в финале Кубка Европы Константин Бесков, все могло бы сложиться еще лучше. Ведь если Бесков был приверженцем комбинационной атакующей игры, то Морозов был более осторожным, склонным к перестраховке специалистом. Он не стеснялся ставить Валерия Воронина, который в «Торпедо» выполнял роль, схожую с той, что сейчас выполняет, скажем, Пирло, персональщиком против атакующих звезд соперников. При нем потеряли место в составе многолетние лидеры сборной Иванов и Понедельник (тут, правда, и травмы «постарались»), так и не был возвращен Стрельцов, не нашлось места в составе Месхи, об украинских претензиях – отдельный разговор.

Сборной Италии всегда было сложно играть с СССР. В активе у «скуадры» разве что выход в финал Евро-68, да и тот был достигнут после победы в орлянку

В общем, спорных моментов хватало и не случайно, что Морозов не задержался в сборной, покинув ее в конце того же 1966-го. Но, тем не менее, его команда выступила удачно, а вопреки или благодаря тренеру – уже совсем другой вопрос.

Начиналось все с победы над сборной КНДР. Старательные, играющие в очень высоком темпе – не случайно потом говорили, что у них после перерыва на поле выходят 11 новых игроков – корейцы продержались полчаса, а затем пропустили два гола от Малофеева и Банишевского. В концовке второго тайма будущий принципиальный соперник Лобановского добавил еще один мяч. Затем была битва с итальянцами за первое место в группе, в которой все решил мяч Численко. Это уже потом окажется, что корейцы в 11 или в 22 человека, но перебегают «сапожников», выбив фаворитов турнира. А тогда казалось, что сборная СССР победила действительно сильного соперника, нашпигованного звездами «Милана» и «Интера», выигравших Кубки чемпионов в 1963-65 годах. Возможно, стоит делать скидку на то, что сборной Италии всегда было сложно играть с СССР – сразу вспоминаются и поражение в полуфинале Евро-88, и неудача в стыковых играх Евро-64 и отборе на Евро-92. В активе у «скуадры» разве что выход в финал Евро-68, да и тот был достигнут после победы в орлянку. Третий тур принес моральное удовлетворение от победы над чилийцами (Яшина благоразумно оставили в запасе) благодаря дублю дебютанта Поркуяна. В общем, группа была пройдена не то, чтобы с песнями и плясками, но с достаточным запасом прочности, да еще и поиграли все вволю – за 3 игры Морозов дал сыграть 21 из 22 человек, заявленных на турнир.

В четвертьфинале была теплая встреча с венграми, такими же клиентами сборной СССР, как и итальянцы. Мадьяры привезли на тот турнир действительно великолепную сборную, разобравшую в группе на запчасти бразильцев. Супернападающие Альберт и Бене не затерялись бы и в великой команде 50-х, темп игры в матче с «селесао» был достаточно достойным даже по временам 80-х. Но вот игравший в воротах Йожеф Гелеи до статуса «супер» не дотягивал и близко. Он допустил по ошибке в начале каждого из таймов, а Численко и Поркуян прощать венгра не стали. Забитый после редкой в том матче ошибки Воронина (Валерий потерял мяч после прессинга в центре поля) гол Бене стал сигналом для получасового штурма ворот Яшина, но обошлось, выстояли.

Ситуация с Сабо стала одним из последних аргументов в пользу изменений в правилах

Полуфинал с немцами не задался чуть менее, чем полностью. Уже на 7-й минуте после жесткого стыка остался лежать на газоне Йожеф Сабо. Проблемы с голеностопом можно было бы легко и просто решить за пределами поля, заменив игрока, если бы не одно маленькое «но» – до введения замен на чемпионатах мира оставалось еще целых 4 года. Собственно говоря, именно ситуация с Сабо, когда в одном из главных матчей чемпионата команда ФРГ получила негласное численное преимущество уже в дебюте игры, стала одним из последних аргументов в пользу изменений в правилах. Но это еще было полбеды, ведь в конце первого тайма немцы провели, говоря боксерским слэнгом, «двоечку». Сначала судья не увидел фола на Численко, пошла атака, в конце которой Халлер переиграл Яшина. А спустя пару минут разозленный Игорь решил показать, что тоже умеет играть на грани фола – и был удален. Играть, по сути, вдевятером против одной из сильнейших команд мира – удовольствие сомнительное и малоперспективное. Оттого гол, забитый все тем же Поркуяном в концовке встречи был, пожалуй, нелогичным – итальянский рефери Лобелло предпочел не увидеть нарушения правил против вратаря Тилковски.

В матче за третье место Португалия выглядела сильнее, даже при том, что Воронин в целом справился с задачей закрыть Эйсебио. Форвард «Бенфики» все равно забил, но лишь с пенальти после нелепой игры рукой Хурцилавы в штрафной площадке. Сам Муртаз после матча скажет, что эпизод накануне ему приснился, после чего словосочетание «сон в руку» начнет кочевать из отчета в отчет об этой игре. Своеобразное самопрограммирование, ведь еще накануне Муртаз знал, что ему придется играть против высоченного Торреса, чьи 191 см по тем временам приравнивались к, например, янколлеровским двум метрам с хвостиком. Не случайно в концовке второго тайма именно Торрес сначала выиграет верховую борьбу, отпасовав партнеру, а затем, получив скидку, расстреляет ворота Яшина с нескольких метров. К тому моменту счет будет ничейным, ведь в концовке первого тайма после прострела Метревели и нелучшей игры кипера португальцев мяч на пару с нескольких метров занесли в ворота Банишевский и Малофеев. Больше прыгал искренний белорус, на него мяч и записали. Можно ли было сыграть лучше? Наверное, но в той четверке любая расстановка команд по местам была бы логичной и получила бы достаточно логических аргументов, доказывающих обоснованность расклада. Вышло как вышло, ориентир казался ясным и четким, вот только добраться до него больше так и не удалось.

Виктор Банников, вратарь

Почему взяли. Вызов в сборную будущего первого президента ФФУ выглядел достаточно сомнительно. Нет, вопросов к его уровню не было и не могло быть, в следующем году именно Банников добьется самой длинной «сухой» серии в истории советского футбола. Но вот в 1966-м основным в «Динамо» считался Евгений Рудаков. Виктор Маслов, бывший тогда тренером киевлян, проблемы в наличии двух равноценных вратарей в обойме не видел, стараясь давать играть тому, кто был в лучшей форме здесь и сейчас. Морозов же руководствовался сезоно-1965, когда Банников был основным в команде, ставшей второй в чемпионате СССР. Довелось видеть экзотическую версию, что причиной вызова Банникова в сборную была неприязнь Морозова к Маслову, которого Николай Петрович когда-то сменил в «Торпедо». Вот, мол, смотри, не понимаешь ты во вратарях ничего, у тебя в Киеве не тот человек основным играет. Кажется, спорным, но интересным.

Как играл. Увы, никак – именно Банников стал единственным футболистом из заявки сборной СССР, так и не проведшим ни одной минуты на полях Англии. Хотя уж выпустить его в матче с Чили было вполне можно. А так вышло, что и позиции Рудакова за время отъезда в сборную Банникова укрепились (Виктор сыграет всего 7 игр за сезон), и медали за ЧМ он не получил. С наградами, правда, вообще грустно вышло, тогда не было нынешней практики давать их всем, кто поехал на турнир. Более того, медали получили не все, даже из тех, кто играл – цифры расходятся, на чаще всего пишут о 15 кругляшках, полученных сборной Союза.

Леонид Островский, защитник

Почему взяли. Футбольная судьба Островского в общих чертах повторяет судьбу Войнова, с которым они вместе ездили еще на ЧМ-1958. Родившийся в Риге центрбек раскрылся в «Торпедо» уже в 20 лет став одним из лучших защитников страны. Если в Швецию он ездил запасным, то в Чили отыграл в основе все 4 матча, не блистал, но и провалов кроме матча с Колумбией не было. Казалось, что место в сборной забронировано на многие годы, но в 1963-м Островский решает перейти в киевское «Динамо». Скандал, шум, нельзя просто так взять и предпочесть Киев Москве, в общем, все как положено. Леонид все равно решает уйти, для поддержания игровой практики выступает за дубль киевлян под другой фамилией (о, эти милые прелести советского футбола), но все же в итоге получает разрешение на трансфер. И если при Бескове в сборную его из-за всей этой кутерьмы не вызывали, то Морозов в последний момент все же решил взять Островского на чемпионат.

Как играл. Островский выходил на поле в двух матчах группового этапа, с КНДР и Чили. Оба раза играл на месте левого защитника, благо, в Киеве со временем стал достаточно универсальным игроком. Но хотя команда и победила два раза, больше на поле не выходил. Возможно, сказалась пассивность в ситуации, когда чилийцы забивали в ворота Кавазашвили. После подачи штрафного Санчесом мяч летал по штрафной, попадал в перекладину, бегали все и только третий номер сборной СССР стоял на месте, где рядом с ним не было никого из соперников. Просто иллюстрация понятия «безмятежность», хоть бери и вставляй на заставку Windows-66.

Йожеф Сабо, полузащитник

Почему взяли. За 4 года, прошедших со времени чемпионата в Чили, Сабо превратился в настоящего волкодава, которого боялись не только соперники, но и журналисты. Как же его песочили в прессе, куда там Гармашу, с которым мы его сравнивали в прошлой части цикла. Киевлянину, как и Островскому, не находилось места в сборной Бескова, но Морозов, делавший ставку на бойцов, не мог не взять такого игрока в команду. И не просто взять, а сделать основным полузащитником сборной – отдохнул Йожеф Йожефович лишь перед игрой с венграми, пропустив матч с Чили.

Как играл. Странно, но именно Сабо у Морозова получал больше свободы, чем более креативный Воронин. Если торпедовцу поручали опекать самых опасных игроков соперников, то динамовцу поручали разгонять атаки в буквальном смысле. Двужильный Сабо маневрировал по всей ширине поля, успевая не только разрушать атаки соперников, но и оказываться тем человеком, которому всегда можно отдать мяч назад, если на тебя напал соперник. Схеме работала до полуфинала с Германией, в котором случилась описанная выше травма. После повреждения на его место в центре полузащиты отодвинули Поркуяна, а хавбека попросили играть, хотя бы номинально, левого крайнего форварда. И даже в этой ситуации Сабо смог поучаствовать в голевой атаке в конце игры, именно с его паса началась голевая атака советской команды.

Виктор Серебряников, нападающий

Почему взяли. Опять стоит отметить, что Морозов оценивал игроков прежде всего по сезону-1965. В нем Серебряников забил 11 голов, рекордный показатель за карьеру (столько же было в 1963-м). Хороший тонкий пас и без того был при киевлянине, так что получался хороший игрок-опция, которого можно было отводить назад без потери для атак. Серебряников становился своеобразным аналогом Марио Загало, который в 1962-м позволил бразильцам трансформировать свои легендарные 4-2-4 в 4-3-3.

Как играл. В групповом этапе вышел на поле лишь в матче с Чили, поучаствовал в атаке, закончившейся первым голом Поркуяна, но экстра-класса не продемонстрировал. Видимо, действительно не устроил Морозова, который еще перед чемпионатом мира пробовал Виктора в основе. Во второй раз появился в игре с Португалией, когда надо было освежить состав, опять же не блеснул.

Валерий Поркуян, нападающий

Почему взяли. Удивительная история вышла с нападающим, который перешел в киевское «Динамо» из «Черноморца» только в начале того сезона. Поркуян уже на старте сезона забил те же 4 гола, что до того за год в Одессе, отметился мячом в кубковой встрече с «Зенитом» и буквально заставил Морозова вызвать его в сборную. Более краткого пути и представить сложно, не то, что вспомнить. При том, что в команду не попали много более маститые игроки, критиковали Морозова за такое доверие очень сильно (по советским меркам, конечно). Однако результат показал, что в данном случае с интуицией у тренера все было в порядке.

Как играл. Впервые появился на поле в матче с Чили, ставшем для него дебютом в составе сборной. Забил дважды, первый раз после дальнего удара Воронина мяч от защитника отскочил к Поркуяну, который метров с 10 легко переиграл вратаря. Второй мяч случился после сверхдлинного удара от ворот Кавазашвили. После такого перформанса не поставить форварда в основу на матч с Венгрий мало кто смог бы. Вот и Морозов не смог и дождался благодарности. Хусаинов исполнил штрафной с левого фланга, венгерский вратарь не дотянулся до мяча, а Поркуян расстрелял пустые ворота. В полуфинале голевая серия была продлена в самом конце встречи, но вообще Поркуян на позиции центрхава был малозаметен и малополезен. Он отмолчался в игре с португальцами, но все же за ним на несколько лет закрепилась репутация везунчика. Это еще сыграет свою роль на следующем мундиале, но об этом позже.

Кого стоило взять

Непростой вопрос – с одной стороны, и так на турнир поехало сразу пять футболистов «Динамо», но с другой – команда-то лидировала в чемпионате, показывая действительно классную игру. Возможно, стоило задуматься о Рудакове, а не Банникове, но о причинах, по которой Морозов отдал предпочтение второму, а не первому, мы уже говорили. Хорош был центрбек Василий Турянчик, но его, похоже, посчитали слишком возрастным. С этим, кстати, будет связана забавная история через пару лет, когда Турянчик по опросу журналистов должен был получить звание лучшего игрока Украины, но спортивное руководство, готовившееся отправить его «на пенсию» добилось того, что награду разделили Турянчик и Мунтян.

Вот Мунтян вместе с другим дебютантом команды Бышовцем были еще двумя игроками, которые могли бы помочь сборной уже тогда. Стартовали-то они в сезоне ничуть не менее ярко, чем Поркуян. Но если Бышовец со своей эгоистичной манерой игры, основанной на дриблинге, для команды Морозова не очень подходил стилистически (хоть и дебютирует в сборной в 1966-м, но уже после ЧМ), то Мунтян пострадал так как не вписывался в становившиеся старомодными 4-2-4 сборной. Он не был так полезен в отборе как Сабо, и обладал меньшим в разы авторитетом, чем Воронин.

Но больше всего вопросов вызвало непопадание в состав Андрея Бибы. В конце того года его признают лучшим игроком чемпионата СССР, который диспетчер «Динамо», умеющий сыграть и на фланге, и в центре провел просто на запредельном уровне. Увы, все это не убедило Морозова. Вероятно тренер слишком много значения придал тому, что в своей единственной игре за сборную, в 1965-м против Бразилии, Биба сыграл средне. Но там и вся команда не блистала, и поражение 0:3 стало закономерным итогом встречи, и, что самое главное, игрок киевской команды вышел на замену в середине второго тайма уже при крупном счете в пользу соперника. Второй шанс недавний селекционер «Динамо» явно заслужил.

Пробовались в составе до ЧМ защитник Владимир Щегольков и форвард Виталий Хмельницкий, но появление первого было разовым, а второй просто меньше устроил Морозова, чем конкуренты. Как и Бышовец, уже после чемпионата, появится в сборной еще один молодой киевлянин Вадим Соснихин, но будущий «Директор», как его прозовут болельщики, в то время все же уступал в классе армейцу Шестерневу. Так что обвинить Морозова в пренебрежении украинцами непросто – до ситуации, когда основу сборной на чемпионате мира будут составлять киевляне все же оставалось еще 20 лет.

Эпизод четвертый. Мексика-1970, или Массовое помешательство

На свой четвертый в истории чемпионат мира сборная Советского Союза уже ехала в статусе не то чтобы фаворита, но одного из признанных лидеров европейского футбола. И уже привычно на ведущих ролях в команде страны были украинские игроки. С 1966 по 1968 годы киевское «Динамо» трижды подряд завоевывало чемпионский титул, а в 1969 году грянула оглушительная сенсация в Кубке СССР – львовские «Карпаты» в финале добились победы над ростовским СКА. Накануне же мексиканского мундиаля в списке 33-х лучших игроков страны значилось сразу девять киевлян. И это даже несмотря на потерю динамовцами золотых медалей – чемпионом страны стал московский «Спартак».

Вот и получилось, что представительство «Динамо» в сборной несколько уменьшилось, хотя на результатах команды это никак не отразилось. По крайней мере в отборе, где сборная СССР удержала Джорджа Беста в Белфасте (а Николай Озеров подверг великого североирландца жесткой критике за внешний вид). После этой нулевой ничьей советская команда легко выиграла три следующих матча (какие же замечательные были тогда отборочные турниры – достаточно было стать первым в группе из трех команд) – у Северной Ирландии в Москве – 2:0, а также у Турции в Киеве (впервые в истории матчей сборной СССР, между прочим) – 3:0 и в Стамбуле – 3:1.

Подготовка к чемпионату мира для нашей команды включила в себя шесть матчей, и только в одном из них мы пропустили (правда, много и со вкусом – разошлись с болгарами – 3:3. У наших забивали Еврюжихин, Бышовец и Нодия). С командой Перу, которая станет одним из открытий турнира, сыграли дважды – 0:0 и 2:0 (дубль Бышовца), сборную Сальвадора переиграли со счетом 2:0 (Пузач и Серебряников). А еще скатали две нулевки – с Мексикой и все той же Болгарией. Тренеры во главе с Гавриилом Качалиным, который повез сборную уже на третий мундиаль, заверяли, что к высокогорным условиям игроки полностью адаптировались.

Какие же замечательные были тогда отборочные турниры – достаточно было стать первым в группе из трех команд

На этом чемпионате впервые в истории была опробована практика с выделением отдельного матча открытия, с участием хозяев турнира. Согласно календарю, соперником сборной Мексики по этой игре и стала советская команда. И снова, как и в февральском товарищеском матче, соперники голов не забили. Было видно, что друг друга команды опасаются, и предпочли бы решить все вопросы в следующих матчах. Что, собственно, и было проделано. В игре со сборной Бельгии получился не совсем логичный разгром «красных дьяволов», у которых совершенно отвратительно отстоял вратарь Пио (как минимум два, а то и три из четырех мячей советской команды – на его совести).

Теперь нужно было набить по максимуму голов Сальвадору, чтобы не зависеть от результата игры Мексики с Бельгией, которые встречались на следующий день. Впрочем, существенно улучшить разницу не получилось – дубль Бышовца принес советской сборной достаточно скромную победу. Правда, мексиканцы и сами сумели забить Бельгии всего один гол, да и то со спорного пенальти. Количество очков и разница забитых-пропущенных у сборных СССР и Мексики оказались равными, так что все должен был решить жребий.

Потом была знаменитая история с жеребьевкой, когда Качалин вызвал к себе Валерия Поркуяна и сказал: «Ребята считают, что ты самый фартовый. Поэтому я тебя попрошу поехать с нашими людьми на жеребьевку. Желаю тебе удачи». В состав делегации от Советского Союза вошли Валентин Гранаткин, Андрей Старостин и «фартовый Поркуша», который свое дело сделал, вытянув первое место.

Кстати, не совсем понятно, почему в отечественной спортивной историографии матч против Уругвая считается совершенно «серым» и безмоментным. Были моменты у обеих команд, были отличные удары (преимущественно дальние), которые с трудом тянули Ладислао Мазуркевич и Анзор Кавазашвили. Пожалуй, дело в том, что тогдашние футбольные журналисты мыслили категориями еще пятидесятых годов, когда по воротам лупили с любой позиции, а десяток-полтора сэйвов для вратаря были практически нормой. Сейчас же матч СССР – Уругвай, если сделать, разумеется, поправку на командные скорости, смотрится вполне себе современно.

Образец жуткого непрофессионализма, круто замешанный на массовом помешательстве. В такой ситуации, конечно, проще всего обвинить арбитра, который, мол, всегда рад завалить советскую команду

А вот теперь, пожалуй, пора снова разыграть шоу «Разрушители легенд». Речь, разумеется, о печально известном матче СССР – Уругвай и голе Виктора Эспарраго за четыре минуты до конца дополнительного времени. В отечественной историографии принято считать, что Луис Кубилья упустил мяч за лицевую линию, после чего советские футболисты расслабились (особенно вратарь Анзор Кавазашвили, который вообще пошел за мячом, чтобы выполнить удар от ворот – это без свистка судьи!), а коварный уругваец возьми, да и вытащи мяч из-за линии! Набросил во вратарскую, там Виктор Эспарраго выпрыгнул и точно ударил головой, а злобный голландский судья этот гол засчитал.

В книге «Повесть о футболе» Андрей Старостин, конечно, подвергает критике защитника Афонина, не до конца уследившего за Кубильей, и Кавазашвили, но при этом всю вину сваливает на ван Равенса, который, дескать, был пристрастен к советской сборной. И все же, если смотреть повтор того спорного момента, можно увидеть, что мяч не полностью пересек линию ворот, и никуда его Кубилья не «втаскивал». Да и сам дон Луис (который затем станет одним из самых титулованных тренеров Южной Америки), в своих интервью, как сразу после чемпионата, так и много лет спустя, всегда божился, что подавал буквально «с ленточки». Знаменитый английский обозреватель Брайан Глэнвилл в своей «Истории Кубка мира» пишет «показалось, что мяч вышел за пределы поля, но судья и лайнсмен так не считали».

Вопросы, прежде всего, возникают к относительно свежему Логофету, которому Кубилья идеально поставил корпус, к Афонину, просто провожавшему мяч за линию, вместо того, чтобы его вынести куда подальше, ну и к Кавазашвили, взявшему на себя роль судьи (кстати, довольно привычная практика для советского чемпионата). А еще любопытно – когда Эспарраго забивал, на линии вратарской стояло сразу трое советских игроков: Дзодзуашвили, Киселев и Капличный. Первый не уследил за Эспарраго, второй не подстраховал вратаря, а третий в теории мог бы попробовать вынести мяч с линии ворот, но вместо этого, чуть ли не отвернувшись, пытался сигнализировать всем и вся, что мяч вышел за линию. Причем сам этого момента не видел. Образец жуткого непрофессионализма, круто замешанный на массовом помешательстве. В такой ситуации, конечно, проще всего обвинить арбитра, который, мол, всегда рад завалить советскую команду.

Кстати, по возвращении в Советский Союз виновниками (помимо негодяя ван Равенса, коварного Кубильи и бесчестного Эспарраго. А что с них взять – они далеко…) были «назначены» именно киевские динамовцы. И это несмотря даже на то, что на их счету было пять из шести голов сборной в Мексике. Приближались темные времена советского футбола…

Леонид Шмуц, ЦСКА, вратарь

Почему взяли. Уроженец Никополя, много лет выступавший за московский ЦСКА, поехал в Мексику просто как неплохой резервный кипер, хотя на его свитере и значился первый номер. Да и в отборе Шмуц не выступал, находясь в глухом запасе за спинами Евгения Рудакова и Анзора Кавазашвили.

Как сыграл. Весь чемпионат просидел на скамейке запасных, что и неудивительно. В дальнейшем вся его игровая судьба пройдет под знаком глупейшего гола, который он сам себе забросит в ворота в матче с «Араратом». Психологический надлом в результате оказался слишком сильным, Шмуц заиграл все хуже и хуже. Он ушел из ЦСКА, потом были киевский СКА, и завершение карьеры в тридцать лет.

Владимир Капличный, ЦСКА, защитник

Почему взяли. Еще один этнический украинец в Москве, который в сезоне 1970 года станет чемпионом страны в составе ЦСКА. Именно на рубеж шестидесятых и семидесятых годов пришелся пик карьеры Капличного, так что в сборной он стал основным защитником. В этом качестве и отыграли три из четырех матчей в отборе на ЧМ.

Как сыграл. В матче с Мексикой работы было не так уж много – хозяева мундиаля изрядно побаивались советскую команду. В игре с Бельгией уже в первом тайме получил травму и был заменен еще до перерыва, отчего и не сыграл против Сальвадора. В ¼ финала с Уругваем вернулся в основу – и принял участие в коллективном затмении советской защиты, когда забивал Эспарраго. Именно Капличный не пошел страховать пустые ворота, предпочтя вместо этого сигнализировать непонятно кому непонятно о чем.

Владимир Мунтян, «Динамо», полузащитник

Почему взяли. А как же было не взять лучшего футболиста страны по итогам 1969 года, одного из сильнейших полузащитников Европы того времени? Мунтян провел все матчи в отборе на чемпионат мира, и в киевском матче со сборной Турции положил два из трех мячей советской команды. С 1967 по 1970 годы динамовец неизменно выбирался лучшим на своей позиции, а в сборной был одним из лидеров.

Как сыграл. Без замен провел все четыре матча в Мексике. Отличился двумя голевыми передачами на Бышовца в матче с Сальвадором. Что же касается злополучного четвертьфинала, то там матч прошел скорее по уругвайскому сценарию – в вязкой медленной игре, где шансов проявить себя креативным игрокам почти не было. Не сумел отличиться и Мунтян, хотя в первом тайме ему удался отличный дальний удар, который не без труда потащил Мазуркевич.

Виктор Серебряников, «Динамо», полузащитник

Почему взяли. Ветеран украинского футбола (да, в тридцать лет игроку по советским меркам уже следовало готовиться к пенсии), участник английского чемпионата мира, двукратный чемпион страны. Мастер штрафных ударов (знаменитую «дугу Серебряникова» нужно смотреть), киевский хавбек принял участие в трех отборочных матчах, и отдал два голевых паса в домашнем поединке с Северной Ирландией. В Мексику, все же, поехал скорее как игрок ротации, нежели основного состава. Оно и понятно – в условиях жаркого высокогорья стоило выпускать более молодых футболистов.

Как сыграл. Провел два матча, против Мексики и Сальвадора. Вошел в историю, как первый замененный игрок на чемпионатах мира – после перерыва в матче открытия уступил место на поле одноклубнику Анатолию Пузачу. Пожалуй, именно этим отметился больше всего.

Анатолий Бышовец, «Динамо», нападающий

Почему взяли. Будущий «Светоч» уже в середине шестидесятых годов стал одним из лучших форвардов Союза. Техничный, умный, хотя и чрезмерно склонный порой к индивидуализму, Бышовец провел три матча в отборе на чемпионат мира, и забил один гол, расписавшись в воротах Пата Дженнингса (невероятно – Бышовец из-за травм завершит карьеру в 1972 году, а Дженнингс отыграет еще семнадцать лет на высочайшем уровне, и успеет съездить еще на следующий мексиканский мундиаль). В товарищеских матчах перед чемпионатом мира киевлянин был просто неудержим, забив три мяча, так что его место в основе не обсуждалось никем.

Как сыграл. Стал лучшим бомбардиром советской сборной, отличившись четыре раза, в том числе положив просто шикарный второй гол бельгийцам: на скорости (хотя какая в 1970 году была скорость…) смещаясь справа в центр, накрутил двоих соперников и мощно ахнул в девятку с линии штрафной. В дополнительное время матча с Уругваем забил гол, не засчитанный ван Равенсом из-за офсайда (советские историки футбола хором утверждали, что мяч был чистый, хотя тут мнение скорее предвзятое – нужно было ведь полностью запачкать имя голландского рефери).

Анатолий Пузач, «Динамо», нападающий

Почему взяли. По нынешним меркам Пузач был бы скорее вингером, правым крайним с приличной скоростью, отменным видением поля и классным пасом. Киевлянин сравнительно поздно дебютировал в сборной Союза – в товарищеском матче с командой ГДР за полтора месяца до начала отбора на ЧМ-70 (кстати, сразу же и забил гол). Провел три из четырех игр в квалификации (не играл в Киеве против турок). Неплохо смотрелся в товарищеских поединках перед турниром (в частности, забил Сальвадору в феврале. Да, тогда разрешалось играть матчи с будущими соперниками по группе).

Как сыграл. Если абстрагироваться от той самой первой замены в истории чемпионатов мира, то вспомнить особо нечего. Отыграл по тайму против Мексики и Сальвадора. В первом случае не сумел серьезно обострить игру (для чего, собственно, и выходил), во втором – не впечатлил со старта. С другой стороны – достаточно возрастному игроку было непросто проявить себя в тяжелых климатических условиях Мексики.

Виталий Хмельницкий, «Динамо», нападающий

Почему взяли. Еще один динамовский вингер, не попавший на ЧМ-66 из-за соображений тактики. В отборе на мексиканский чемпионат появился на поле дважды. В стартовом же матче с Северной Ирландией порвал мышцу и был заменен, но зато успел вылечиться к последней игре с турками. Которым и положил симпатичный мяч с лета в первом тайме.

Как сыграл. Провел все четыре матча на мексиканских полях, хотя стартовую игру начал в запасе, а во втором тайме заменил Гиви Нодия. Отметился, по большому счету, двумя моментами. В матче с Бельгией довершил разгром, положив свой фирменный мяч головой в падении (прием, освоенный невысоким Хмельницким еще в бытность игроком донецкого «Шахтера»). Ну а в четвертьфинале именно Виталий мог уже в начале игры выводить СССР вперед после прорыва Еврюжихина по правому флангу и точного прострела на линию вратарской. К сожалению, мяч с ноги срезался, а через секунду налетели защитники «Селесте». А будь там быстрый гол – интересно было бы посмотреть, как железобетонный Уругвай шел бы в атаку…

Валерий Поркуян, «Черноморец», нападающий

Почему взяли. Лучший бомбардир советской сборной на ЧМ в Англии после нескольких неудачных сезонов в Киеве вернулся в «Черноморец», где снова начал забивать. Уникальная ситуация – Поркуян не провел ни одного матча в квалификации, да и в товарищеских играх весной 1970 года отыграл в сумме всего сто минут (в двух встречах с Болгарией), но на турнир все-таки поехал. И чем, спрашивается, не фартовый?

Как сыграл. Главное деяние Поркуяна в Мексике – вытянул бумажку с единичкой, обеспечив команде первое место в группе. На поле не вышел ни разу, хотя в некоторых интервью Гавриил Качалин говорил, что готовил Поркуяна к выходу на поле в самом конце матча с Уругваем – «под жеребьевку». Сказочник, извините, еще тот – в то время регламентом ЧМ разрешалось сделать всего две замены, а лимит у сборной СССР был уже исчерпан – на поле еще в основное время вышли Киселев (не тот!) и Логофет. Хотя, конечно, было бы интересно посмотреть на «фартового Поркушу» при второй жеребьевке.

Кого стоило взять

Прежде всего, конечно, обидно за Евгения Рудакова, который определенно был лучшим вратарем страны и безоговорочным первым номером сборной. Судите сами – даже в отборе динамовский кипер провел три матча, в то время как Анзор Кавазашвили – только последнюю игру против турок. Рудаков поехал на последний сбор команды, но роковой для него стала товарищеская игра в Боготе против местного «Мильонариоса» за две недели до старта ЧМ. За десять минут до конца матча Рудаков получил тяжелую травму – вывих плечевого сустава с переломом, и ни о какой Мексике речи быть не могло. Великий вратарь сумел вернуться в строй и заиграть на прежнем уровне, однако на чемпионатах мира ему выступить было уже не суждено. Есть, к слову, подозрение, что с Рудаковым в рамке советская сборная не пропустила бы настолько дурацкий гол от Уругвая…

Что до остальных украинских звезд, то Йожеф Сабо был для сборной уже слишком возрастным (хотя и попадет еще на Олимпиаду-1972), а Владимир Онищенко – слишком юным (хотя в сезоне-1970 уже играл в основе киевского «Динамо»). Еще один киевлянин, защитник Сергей Круликовский, вообще не призывался в национальную команду. А его партнер по обороне «Динамо» Вадим Соснихин, несмотря на безоговорочное место в основе многократного чемпиона страны, провел в сборной всего четыре матча, причем между предпоследним и последним прошло целых четыре года – с 1967 по 1971. Хотя, пожалуй, именно он, рослый, мощный, отменно читающий игру и всегда готовый сходить вперед, пригодился бы команде в Мексике. По крайней мере, Качалину не пришлось бы в четвертьфинале отчаянно кричать: «Вперед, Реваз! Вперед, Муртаз!», призывая своих защитников больше действовать в созидании.

Фото: РИА Новости/Дмитрий Донской, Б. Елин, Александр Макаров; fanpicture.ru; fcdnipro.com; Fotobank/Popperfoto/Getty Images/Popperfoto; dynamo.kiev.ua; fannet.org

+15
Популярные комментарии
+2
Виталий Старенький
Похвалил и тонко намекнул)))
Ответ на комментарий Serginho UA
Теперь стало ясно, почему Дмитрий до сих пор не выставил оценки за четвертый тур Битвы)

Классный текстище!
+2
Serginho UA
Теперь стало ясно, почему Дмитрий до сих пор не выставил оценки за четвертый тур Битвы)

Классный текстище!
Ответ на комментарий Виталий Старенький
Высший пилотаж! На одном дыхании прочел
0
Ярослав Марьянко
Вы посмотрите, какой няша Сабо на фото)
Написать комментарий 4 комментария

Еще по теме

Реклама 18+